Адвентус Видео - Христианский межконфессиональный форум  
Видео - Главная форума - Разделы форума

Сайт помощи больным детям

Вернуться   Адвентус Видео - Христианский межконфессиональный форум > Христианское общение > Разное

Разное Мы что-то упустили? Тогда вам сюда.

Ответ
Опции темы Опции просмотра
Непрочитано 04.04.2015, 22:07   #21
Женя1967
Местный
 
Регистрация: 27.06.2014
Сообщений: 779
Женя1967 за этого человека можно гордитсяЖеня1967 за этого человека можно гордитсяЖеня1967 за этого человека можно гордитсяЖеня1967 за этого человека можно гордитсяЖеня1967 за этого человека можно гордитсяЖеня1967 за этого человека можно гордитсяЖеня1967 за этого человека можно гордитсяЖеня1967 за этого человека можно гордитсяЖеня1967 за этого человека можно гордитсяЖеня1967 за этого человека можно гордится
По умолчанию

По лендлизу // Варлам Шаламов

шаламов про помощь пиндосов,братские могилы на колыме,как их творили и чтили при сталине
Женя1967 вне форума   Ответить с цитированием
Непрочитано 05.04.2015, 13:19   #22
umka
Другого пути нет
 
Аватар для umka
 
Регистрация: 09.08.2009
Сообщений: 72,423
umka отключил(а) отображение уровня репутации
По умолчанию

Мое чувство верующего оскорблено войной между Россией и Украиной

https://www.facebook.com/maxim.kanto...05245580916466

В преддверии Светлого Воскресения, полагая себя христианином и отстаивая право на веру в Бога, не совместимую со злодейством, – заявляю, что мое чувство верующего оскорблено:

1. Мое чувство верующего оскорблено войной между Россией и Украиной. Особенно циничным оскорблением считаю то, что это война без объявления войны, тайная война, на которую солдат призывают исподтишка и убитых хоронят без почестей. Это война раздута искусственно, без реальной причины – раздута средствами пропаганды России. Меня оскорбляет то, что правители России считают возможным убийство собственного народа и того народа, который прежде считался братским, ради геополитических интересов. Ежедневные убийства и насилия, порожденные имперским аппетитом, несовместимы с верой в Бога.

2. Мое чувство верующего оскорблено тем, что президент России оповестил мир о том, что человечество стоит на грани ядерной войны и уничтожения – и ядерная война зависит от того, признают ли страны мира право России брать ту территорию, которую она считает нужным присвоить. Вне зависимости от оснований аннексии территории соседнего государства (впрочем, полагаю, что причин не было), я считаю чудовищным равнять существование планеты с успешным присоединением территории. Это заявление несовместимо с верой в Христа. Это оскорбление веры.

3. Мое чувство верующего оскорблено тем, что в России установлен культ личности, то есть такой режим правления, при котором мнение и воля президента страны являются высшим мерилом истины и добра. Считаю это вопиющим оскорблением здравого смысла и тем более веры в Бога. Культ личности – есть уродливое, языческое проявление массового сознания. Страна, в которой установлен культ личности, не является христианской по определению. Это языческая страна.

4. Мое чувство верующего оскорблено тем, что народные чувства питают ненавистью к соседям и инакомыслящим, мстительностью и ревностью – называя этот набор чувств: мстительность, ревность и ненависть – необходимыми компонентами национального возрождения. Эти чувства несовместимы с христианским воспитанием народа.

5. Мое чувство верующего оскорблено тем, что вопрос национальной гордости и национальной идентичности – стал центральным обсуждаемым вопросом в культуре. Поскольку христианство – религия интернациональная, считаю этот всплеск звериной национальной гордости позорным и оскорбительным для веры.

6. Мое чувство верующего оскорблено тем, что показательное ухудшение условий жизни народа оправдывается необходимостью противостояния внешнему миру – в то время как это противостояние вызвано лишь империалистической жадностью правительства. Народ стал заложником империи, и это несовместимо с христианским чувством. Спекуляция на "братстве", которое должно сплотить рабов – оскорбительно для веры в Бога.

7. Мои чувства верующего оскорблены также и тем, что несмотря на тяжкие оскорбления, нанесенные вере в Бога, меня принуждают видеть беду не в них – не в убийствах и насилии, не в культе личности, не в унижении населения – но в тех произведениях искусства, где якобы нарушен православный канон. Я считаю что безбожное языческое правительство не обладает компетенцией в суждении на данный предмет.


Посматрите обязательно
Обращение православных христиан Санкт-Петербурга к украинцам

https://www.youtube.com/watch?v=WVm_
__________________
Прежде, чем что-то сказать, убедитесь, что ваш язык подсоединен к мозгу

Если не хватает аргументов, начни придираться к орфографии.

Лучше говорить истину, которая причиняет боль и затем исцеляет, чем ложь, которая успокаивает и затем убивает...
umka вне форума   Ответить с цитированием
Непрочитано 24.05.2015, 00:17   #23
umka
Другого пути нет
 
Аватар для umka
 
Регистрация: 09.08.2009
Сообщений: 72,423
umka отключил(а) отображение уровня репутации
По умолчанию

Крест в вечномёрзлой земле
Как жили и умирали депортированные литовцы

Редакция
<LI id=text-3 class="widget widget_text">

Четырнадцатого июня 1941 года отряды чекистов начали массированные аресты в Литве, Латвии и Эстонии. По приказу Сталина людей собирали и депортировали на трудовые спецпоселения в Сибирь и дальше. В вагонах для скота десятки тысяч людей увозили с места их рождения. Семью Дали Гринкевичюте, отрывки из воспоминаний которой мы публикуем ниже, вместе с другими их соотечественниками выгрузили на берегу моря Лаптевых и оставили без ничего. Люди из спецпоселений этих мест в литературе теперь названы «лаптевцами». Огромное количество депортированных никогда не смогли вернуться на родину, огромное количество депортированных умерло в первую же зиму после высылки.
Даля-Мария ГринкевичютеИллюстрации, использованные в тексте, выполнены литовским художником Гинтаутасом Мартинайтисом, который родился в 1935 году, в 1941 был вместе с семьёй депортирован в Сибирь, а в 1942 – перевезён на остров Трофимовск в дельте реки Лены. Этот остров стал самым массовым местом смерти и захоронения депортированных литовцев. Доступны фотографии оттуда 2008 года. По некоторой информации в 2014 году остров Трофимовск полностью погрузился под воду.
∅ ∅ ∅
На Север нас везли около трех месяцев. Сначала в переполненных вагонах, где не только сесть, но и пошевелиться было невозможно. Потом на баржах по реке Ангаре, затем грузовиками по диким лесам от Ангары до Лены. И снова на баржах, уже по Лене прямо на Север. Усть-Кут, Киренск, Олекминск, Якутск, Кюсюр, Столбы. И все дальше и дальше на Север. Уже 800 км севернее Полярного круга.
Редели, редели и вовсе исчезли леса, потом и кусты, не видно поселков на берегах. Так куда же нас везут? Уже и берегов не видно. Сколько глаз хватает — вода и вода… Волны большие как в море.
Устье Лены. Море Лаптевых. Чувствуется ледяное дыхание океана. Конец августа, а холод как глубокой осенью.

Наконец остановились. Перед нами — необитаемый остров. Нет ничего. Никаких следов человека: ни дома, ни юрты, ни дерева, ни кустика, ни травы — одна скованная вечной мерзлотой тундра, покрытая тонким слоем мха. И деревянная доска, прибитая какой-то арктической экспедицией с надписью, что остров назван Трофимовским.
На высокий берег острова был переброшен деревянный трап и нам велели высадиться: четыремстам литовским женщинам, детям, старикам и нескольким мужчинам.
Потом мы выгрузили доски, кирпичи, и пароход, развернувшись, заспешил обратно — приближалась зима.
А мы остались на необитаемом острове без крыши, без теплой одежды, без еды, совершенно неподготовленные к зимовке в Арктике.
Почти в это же время на остров привезли несколько сот финнов из окрестностей Ленинграда. Их вывезли по национальному признаку, хотя отцы и деды с незапамятных времен жили в тех местах. Смерть начала косить их первыми.
Нужно было срочно строить землянки, юрты, бараки, потому что зима была уже не за горами.
Но начальники, собрав работоспособных парней и мужчин, не дали им времени для строительства жилища, а увезли на другой остров ловить рыбу для государства.
Тогда мы, женщины и дети, бросились как умели строить из кирпичей и мха бараки. Руками срывали с вечно мерзлой тундры мох и укладывали его между кирпичей вместо бетона: слой кирпича, слой мха. Крыши барак не имел, её заменил дощатый настил, утепленный мхом и песком. Через щели в потолке метель заносила лежащих на нарах людей снегом. Одному человеку на нарах полагалась 50 см.

Это была огромная ледяная могила с обледеневшими потолком, стенами и полом. Часто волосы лежащих на нарах примерзали к стенам.
В ноябре началась полярная ночь. От голода, холода, цинги и других болезней люди начали умирать. Тогда еще можно было всех спасти. В устье Лены, на берегах моря Лаптевых, на островах Тумате, Бобровском, Сасылах за 100-120 км жили эвенки, которые промышляли рыбу и песцов. У них были запасы рыбы, достаточно собачьих упряжек, они хотели вывезти людей к себе в теплые юрты. Но начальники не разрешили и обрекли нас на гибель.
Группа парней финнов и литовцев, человек пятнадцать, пытались пешком по льду выбраться с Трофимовского к эвенкам, но в пути все до одного погибли — заблудились и замерзли. Запомнилась фамилия лишь одного из них — Забела.
К середине полярной ночи в нашем бараке №10 из 30 человек на ногах держались и выходили на работу только несколько женщин и я.

Нас посылали за 7—10 км искать занесенные с верховьев Лены бревна. Вырубали их изо льда и, запрягшись в веревочные лямки, волокли на Трофимовский для отопления квартир начальников и конторы. Взять в барак хоть одно полено не имели права.
Самым трудным было затащить санки с бревнами на высокий берег обледеневшего острова Трофимовского. Сил не было, ноги обернутые, оледеневшей мешковиной, скользили. Веревочные лямки растирали плечи до кровавых ран.
Другие лежали на нарах опухшие от голода или уже не могли подняться от истощения и цинги. Цингой болели все без исключения. Никаких витаминов мы не получали. Без боли крошились зубы, десна кровоточили. В мышцах открывались незаживающие трофические язвы. Ходить становилось все труднее от общей слабости и кровоизлияний в мышцы и суставы. Казалось десятки иголок и тонких лезвий впиваются в мускулы, каждый шаг вызывал боль, а утром трудно было вставать. Только на цыпочки. Чаще всего цинга поражала коленные суставы. Из-за сильного кровоизлияния в них невозможно было выпрямить ноги.

Так и оставался человек лежать на нарах со скрученными ногами, с посиневшими, раздутыми суставами. Потом начинался понос и смерть.
Однажды, когда мы приволокли сани с бревнами, нас позвали в контору. Освободившись от лямок, мы вошли. Нам сказали, что мы получим зарплату за полмесяца. Каждая получила по трехрублевой купюре (по теперешним деньгам 30 коп.). И тут же начальник Травкин начал свою проповедь: «…надо сделать свой вклад в оборону страны, нужны пожертвования на оружие…»
Заранее был сделан список и указана сумма против каждой фамилии — 3 рубля. Осталось только расписаться.
Перед нами стоял сытый ухоженный господин: в элегантном кителе из американской диагонали, в легких меховых сапогах, отдохнувший, чисто выбритый, пахнущий одеколоном, розовощекий.
Он говорил легко и складно, словно о пустяках, говорил будто не видя перед собой еле державшихся на ногах чуть живых людей с желтыми восковыми лицами, впавшими глазами, в отрепьях и вшах, держащих в руках эти несчастные 3 рубля, с таким трудом заработанные. Говорил будто не понимал, что без них мы не купим даже пайки хлеба. Мы расписались и каждая вернула свою трешку.
Больные в бараке просили воды. Нужно было растапливать лед и снег. Дров не было. Поэтому каждый вечер Я пробиралась на склад, утаскивала пару досок и тайком приволакивала их в барак. Затапливала «барабан» (половина железной бочки), кипятили воду, нагревали для больных кирпичи к ногам, сушили обувь и повязки для лиц.
Во время топки иногда с потолка начинала капать. и на постелях появлялись корки льда.
Шел 1942 год. Сочельник. На нарах с опухшими ногами и лицом, даже глаз не видно, лежала без сознания моя мать. Она мочилась почти одной кровью. Это было острое воспаление почек. Лежала на мешке, набитом стружками. Обняв её, я грела её своим телом, умоляла не умереть, клялась, что увезу ее в Литву. Всеми силами своей души я молила Бога о чуде, не дать ей здесь умереть. Она не слышала, как в наш занесенный снегом барак зашли могильщики и спросили, где труп Гринкевичене.


Потом меня повели в суд.
За два дня до этого, когда я притащила две краденые доски, разрубила их и развела огонь, в барак зашли два начальника: Свентицкий и Антонов. По щепкам в снегу они легко нашли вора. Составили акт и отдали под суд.
Суд происходил в соседнем бараке. Стоял стол, покрытый красной материей. На нем горела свеча. На скамье подсудимых нас сидело семеро. Пятеро за доски, двое — за хлеб: Платинскас и Альбертас Янонис, студент Каунасской театральной студии из Шяуляй.
Мать Альбертаса Янонене, умирая с голоду, умоляла сына дать ей хоть крошку хлеба, и Альбертас с Платин-скасом ночью залезли в пекарню. Все бы кончилось благополучно, если бы они, взяв немного хлеба, вернулись в барак. Может быть и мать не умерла бы от голода. Но почуяв запах хлеба, парни не выдержали и набросились на него. Поедая хлеб, они от слабости потеряли сознание. Там их утром и нашли.
Насчет досок обвиняемые объяснялись по-разному. Первый сказал, что хотел сделать гроб для умершего ребенка, другие уверяли, что нашли их. Я на скамье подсудимых сидела последней. Суд военного времени скорый. За полчаса судья опросил шесть человек и обратился ко мне, признаюсь ли я, что воровала доски, т.е. социалистическую собственность.
— Да, воровала.
— Может быть вас послал кто-нибудь из взрослых? Скажите — кто, и мы вас судить не будем.
— Меня никто не посылал.
Суд удалился на совещание. Мы семеро ждали приговора. Никто не думал о величине наказания, это не имело никакого значения. Год или десять лет — все равно. В лагерь в Столбах погонят по снегу 50 км. Всем ясно, в том числе и судьям, что никто туда не дойдет. Каким бы ни был приговор — это смерть. Мамочка должно быть уже умерла. Конец мучений совсем близок.
Приговор: за хлеб Альбертасу Янонису и Платинскасу — по три года. За доски — всем по году. Меня оправдать за признание. Почему? Они защищались, хотели выжить, но пойдут на смерть, а меня оставили. Зачем? Возвращаюсь в барак. Холодно, темно. Жукене зажигает лучину, вижу чудо: мамочка начинает приходить в сознание. Нет воды. И я снова иду на склад воровать доски. Светлая, удивительная рождественская ночь.

Через несколько дней всех осужденных и тех, кого судили, на другой день, выгнали вооруженные охранники. Вскоре началась пурга. Мы считали их погибшими. Но на другой день двое вернулись: Рекус из Сейрияй и шестнадцатилетний мальчик Бера Харамас из Каунаса с обмороженной рукой. Оба были осуждены за доски. Рекус весь заледеневший, чуть живой упал в бараке на пол и зарыдал: «О, Христос, Христос, неужто твой крест был так тяжел?»
Он рассказал, что началась пурга, люди потеряли ориентацию. Конвойные побросали оружие и стали прижиматься к арестованным. Решили вернуться, но не разобрались в какой стороне Трофимовский. Каждый указывал другое направление. Так и пошли в пургу каждый своим путем. Погибли все одиннадцать «осужденных» и охранники. Весной мы видели их трупы на льдинах, плывущих в море Лаптевых.
Среди них были юноши Дзикас и Лукминас Бронюс из Кедайняй. Они также, как Янонис с Платинскасом были осуждены за хлеб. Их истории похожи, трагические судьбы одинаковы. Изголодавшиеся Дзихас и Бронюс пытались получить в магазине вторично несколько сот грамм хлеба. Хлеба им не дали, сильно избили и повели в суд. И заплатили они за тот несъеденный хлеб своими жизнями.

Обмороженная рука Беры почернела, ткань омертвела. Он мучился несколько суток и рыдал: «За что мне отрежут руку?» Когда пурга улеглась, его на собаках, увезли в порт Тикси. Там ему ампутировали руку до плеча. Такова была цена доски…
С декабря 1942 г. для вывоза трупов понадобилось уже две бригады. В каждой работало по четыре человека: Абромайтене Мальвина — жена учителя из Меркине, Марцинкевичене Альбина, Петраускас — учитель из Ша-уляй, Дуидулене — жена полковника Литовской армии, Абромайтис Йонас — учитель, Виткевичюс Стяпонас — из Шяуляй (умер от голода), Тамуленене Теофилия, Тамулевичюс — капитан Литовской армии из Мариямполе, Таутвайшене — шведка (в 1956—57 гг. уехала в Швецию). Возчики сами были изголодавшимися и слабыми, поэтому, привязав к ногам трупа веревку, общими усилиями выволакивали его из барака. Потом умерших клали на санки и, впрягшись в лямки, отвозили на несколько сот метров от барака. Там трупы сваливали в общую кучу. На обледеневших стенах оставались примерзшие волосы покойных.
__________________
Прежде, чем что-то сказать, убедитесь, что ваш язык подсоединен к мозгу

Если не хватает аргументов, начни придираться к орфографии.

Лучше говорить истину, которая причиняет боль и затем исцеляет, чем ложь, которая успокаивает и затем убивает...
umka вне форума   Ответить с цитированием
Непрочитано 24.05.2015, 00:22   #24
umka
Другого пути нет
 
Аватар для umka
 
Регистрация: 09.08.2009
Сообщений: 72,423
umka отключил(а) отображение уровня репутации
По умолчанию

Когда умерла Гамзене, у нее под одеждой, -на груди, оказался маленький кусочек хлеба. Один из тащивших её тут же вытащил хлеб, отряхнув с него вшей, тут же съел.
Как-то раз одна женщина, жена учителя, заметила в ночном горшке около дома начальника Свентицкого кусочек хлеба, выковыряла его из замерзшего г… и съела.
Если свирепствовала пурга, покойники по несколько дней оставались на нарах рядом с живыми.
Даниляускене, жена директора Мариямпольской гимназии, умерев, три дня лежала рядом со своим сыном Антанасом и другими, уже не встававшими. Весь барак был под снегом. Попасть в него можно было только ползком через узкую нору, прорытую в снегу. Абромайтене попросила сына поискать какой-нибудь платок, чтобы прикрыть лицо умершей матери. Но он сам лежал со скрученными ногами и не мог вставать. Когда умершую Даниляускене за ноги тащили из барака через узкий проход в снегу, Антанас кричал вслед: «Прости, дорогая мамочка, что не могу тебя проводить…»
Умершая в нашем бараке Акочайтене, жена рабочего типографии из Каунаса, также пролежала на нарах рядом с живыми несколько дней.
Когда в Тит-Ары умер Матулис (из Каунаса), его жена неделю скрывала это, лежала рядом с телом мужа, чтобы получить его пайку хлеба. Но вскоре и сама умерла с голоду.
* * *
В Бобровске было несколько тонн мороженой рыбы. Она бы спасла от голода всех ссыльных литовцев и финнов острова Трофимовского. Но начальники не дали её людям, сгноили. В 1943 г. летом её всю выбросили в море Лаптевых.
Однажды в наш барак пришли два человека: мужчина и женщина. У каждого в руках был узелок. Было темно и они спросили, есть ли в бараке дети. Дети были. Когда их глаза привыкли к темноте, они увидели одного из них: на полу лежал умерший от голода и цинги десятилетний Ионукас Барнишкис из Мариямполе. Они сказали, что они из Ленинграда. В Ленинграде умер их единственный сыночек. Сегодня годовщина его смерти. В память о нем, несчастные родители собрали за три дня свои пайки хлеба и принесли голодающим литовским детям.
Из-под тряпья всовывались высохшие от голода детские ручонки и ленинградцы в каждую из них вкладывали по кусочку хлеба. Маленький мученик Ленинградской блокады после смерти протягивал руку помощи своим гибнущим сверстникам.
Когда умирали родители, детей забирали в отдельный барак для сирот. Условия были такие же, смертность детей еще большая. Голодные дети сдирали руками лед с окон и сосали. Дети умирали один за другим. Возчики покойников часто находили на снегу у дверей детского барака мешки с детскими трупиками-скелетиками. Сколько их было в мешке, неизвестно, их бросали в общую кучу, не развязывая.

Два мальчика-финна, 12 и 13 лет в том бараке для сирот повесились. Это видела тринадцатилетняя Юзя Лукминайте из Кедайняй, которую туда поместили после смерти родителей и двух старших братьев. Маленькая Юзя плакала, вспоминая смерть родителей и особенно последнего шестнадцатилетнего брата. Умирая от голода, братишка все ждал обещанного хлеба. Но так и умер с протянутой рукой, не дождавшись. А хлебушек ему вложили в мертвую руку.
* * *
В 1943 г. в феврале мы поняли, что погибнем все. Смертность дошла до критической точки. Стоял жестокий мороз, завывала пурга, особенно неистовая перед окончанием полярной ночи и появлением солнца.
Бараки не отапливались вовсе и у умирающих обмораживались руки и ноги. Истощенные до предела, лежали почти все, не вставая несмотря на понос. Люди были усыпаны вшами. Они кишели даже в бровях и на ресницах. Наступал конец…
И когда не оставалось уже никакой надежды, в Трофимовске появился человек, который спас от смерти оставшихся. Это был врач Самодуров Лазарь Соломонович.
Он заходил в каждый барак, увидел, что делается и начал энергично действовать. Отважно схватился с начальниками Трофимовска, которые жили в теплых, построенных нами из бревен домах, были с головы до ног одеты в меха, обуты в меховые унты или валенки, ели досыта присылаемые союзниками из Америки хлеб, сахар, масло и свиные консервы (все продукты, за исключением соли, были привезены из Америки через порт Тикси). Основным их занятием была отправка быстрыми темпами на тот свет литовцев и финнов. Ради этой важной «работы» Маврин, Свентицкий, Травкин, Гуляев, Аношин и другие избежали фронта.
Уже на другой день мы получили по миске горячего горохового супа, по полкилограмма мороженой рыбы, которую по совету врача ели в сыром виде, чтобы не пропала аскорбиновая кислота. Он затребовал из склада несколько мешков гороха, прорастил его, и вскоре в каждый барак принесли пророщенный горох (с ростками). Каждый получал по горсточке, примерно полстакана. Выдали на каждого человека и по несколько килограммов канадской муки. Голод и цинга понемногу начали отступать. Отступила и смерть. Те, кто дождались доктора Самодурова, остались живы.

Заработала баня. Возчики покойников переквалифицировались в санитаров и начали возить живые трупы в баню. Каждый день купали по одному бараку. Мылись все вместе: мужчины и женщины. Состояние людей было таким, что пол не существовал. Скелеты с выпавшими от цинги зубами, трофическими язвами и костяными хвостиками.
Одежду прокаливали в дезокамерах. Каждый раз на дне камеры оставались огромные черные комья обуглившихся вшей.
В середине февраля над горизонтом появился крохотный краешек солнца. Полярная ночь кончалась. Мы поверили, что остались живы.

Через месяц доктор Самодуров уехал. Дошла весть, что он погиб на фронте.
__________________
Прежде, чем что-то сказать, убедитесь, что ваш язык подсоединен к мозгу

Если не хватает аргументов, начни придираться к орфографии.

Лучше говорить истину, которая причиняет боль и затем исцеляет, чем ложь, которая успокаивает и затем убивает...
umka вне форума   Ответить с цитированием
Непрочитано 24.05.2015, 00:22   #25
umka
Другого пути нет
 
Аватар для umka
 
Регистрация: 09.08.2009
Сообщений: 72,423
umka отключил(а) отображение уровня репутации
По умолчанию

* * *
Свежая мороженая рыба, которую мы ели каждый день, спасала нас от цинги, но ничто не могло защитить наши руки. Пальцы неизбежно обмораживались, покрывались волдырями и ранами. И когда на другой день нужно было такими израненными руками, под ледяным ветром и в лютый мороз, снова тащить сети и вытаскивать из них рыбу, казалось, что руки суешь в кипяток. От боли темнело в глазах, делалось дурно.
Это было мучение изо дня в день! Если сеть несколько дней не проверялась, она примерзала под льдом, а чем тогда ловить рыбу? Чем питаться? Рыба была основным питанием, витамином, лекарством. И шли ловить её никем не подгоняемые и неохраняемые, даже в пургу, если только держались на ногах.
* * *
Станкевичюс, учитель из Мариямполиса, и начальник Смельцов тоже попали в пургу. Двенадцать суток пролежали они вместе с собаками под снегом. Если один засыпал, другой толкал его кулаком в бок, чтобы не замерз во сне. В отчаянии Смельцов сердечно каялся и молил бога о чуде — спасении.

На тринадцатые сутки пурга угомонилась. Собак почти не осталось. В снежной коре от дыхания отсырела одежда. Когда они оба вылезли на поверхность, одежда мгновенно превратилась в лед. Оба начали коченеть. Спастись не было ни малейшей надежды. Вокруг на сотни километров ни одной живой души. С каждой минутой приближалась смерть.
И в эти последние минуты, их увидел эвенк, охотник на песцов, объезжавший на собаках свои капканы. И спас. Вероятность таких встреч в Арктических широтах бесконечно мала. Все считали, их погибшими.
Выздоровев и поправившись, Смельцов любил рассказывать, что только слова Сталина: «Нет таких крепостей, которых большевики не могли бы взять»,— поддержали твердость его духа и помогли спастись. О своих горячих молитвах, раскаянии и обетах Богу он скромно умалчивал.
* * *
Мама не раз обращалась с просьбой, ввиду тяжелой болезни, разрешить изменить ей место ссылки, разрешить жить в Иркутской области и на Алтае. Климат этих мест казался довольно мягким. Но просьбы не удовлетворялись. А здоровье все ухудшалось, и она поняла, что умрет в Якутии. Она хотела увидеть Литву, хотела быть похороненной на родной земле.
В 1949 г. в феврале мы на самолете сбежали из Якутии и достигли желанной Литвы.

Вскоре нас начали искать. Никаких документов у нас не было. Скрывались у родных и знакомых. Не раз приходилось с больной матерью спешно менять приют, когда появлялось подозрение, что нас заметили.
По возвращении в Литву здоровье матери значительно улучшилось. Огромная радость возвращения, овощи, фрукты, так необходимые при этой болезни, присмотр врачей — все это помогло ей окрепнуть. Она прямо ожила. Радовалась каждому лучу солнца, каждой травке, цветку, дереву, которых столько лет не видела на Севере! Она целыми часами сидела где-нибудь в кустах, то срывая ягоды, то прислушиваясь к голосам родной земли… Не придумал Сталин такого наказания, которое заставило бы меня пожалеть об этих мгновениях.
Но через восемь месяцев болезнь снова стала прогрессировать. Появились грозные симптомы уремии. Весной 1950 г. состояние здоровья уже было безнадежным. Она попросила перевезти её в нашу квартиру в Каунасе. Это было очень рискованно, но мы её удовлетворили.
Врачи приходили к ней чаще в сумерки. Однажды она неожиданно спросила меня: «А как ты меня похоронишь? Тебя ждет тюрьма. Опусти меня в Неман…»
И в иной мир она ушла, понимая, что в родной земле ей и мертвой не будет места. Умирала она трудно 5 мая 1950 г. Последними её словами были: «Зачем нас не расстреляли всех тогда у дверей вагона?»
Лежит она на кровати, вся в цветах. А на лице спокойствие. Конец мучениям. Открыла окно, пусть литовский ветерок в последний раз поласкает её лицо… Моя хорошая, моя кроткая матушка, не обидевшая в жизни ни одного живого существа. Почему на твою долю выпало столько мук? Ты раньше других замечала человеческую боль и несчастье. Незаметно и тихо приходила на помощь. Исполнилось твое последнее желание. Ты умерла в Литве. Тебя примет родная земля. Из последних сил ты достигла её. Слабая, умирающая, преследуемая ты победила.
Только где же это место? Где и как похоронить?
Один ксендз согласился похоронить без документов, под другой фамилией, на деревенском кладбище в восемнадцати км от Каунаса. Но как вынести из дому? Как вывезти из города? Вынос и вывоз гроба удивит соседей… Похоронить под окнами в садике? Но майские ночи светлые, немыслимо незаметно выкопать яму.
Тетя предложила: она пойдет в НКВД и скажет, что ночью постучалась больная сестра, не впустить её не могла, а днем она умерла. Наверное выполнят необходимые формальности установления личности и позволят похоронить. Но ведь тогда я не смогу прийти на похороны, ни к могиле: без сомнения, она будет под наблюдением. Кроме того, они этому не поверят и кто-нибудь пострадает.

Но более всего невыносимой была мысль, что на неё, умершую, придут смотреть её палачи, а я и в эти последние часы не смогу быть подле неё.
Так что же делать? Неужели правда, что моей умершей матери нет места в родной земле? В подвале было маленькое помещение, предусмотренное как убежище на случай войны. Похороню там.
Долотом и топором начала ломать бетонный пол. Не подумал отец, когда строил дом, как трудно будет вырубить здесь могилу для мамы. Чтобы не заметили с улицы зажигаю только свечи. Стараюсь изо всех сил, но работа продвигается медленно. Наконец бетон взломан. Дальше глина. Через двое суток кончаю работу. Передо мной зияет яма. Завтра первое воскресенье мая — день Матери. Так вот каков мой последний подарок тебе, мама… С тетей распиливаем шкаф, делаем гроб. Дверца будет его крышкой. На рассвете гроб относим и опускаем в яму. Теперь надо положить её туда. Несколько раз подхожу к ней, но ноги подкашиваются, делается дурно. Этого я сделать не могу. Тогда приходит верный человек, брат известного ксендза миссионера Паукштиса. Он берет ее на руки и выносит.
Всю следующую неделю я ночами выносила из подвала куски бетона и глины. Потом достала цемент и заровняла пол так, что не осталось никаких следов.
В помещении был водяной счетчик. Проверявший его человек не раз замечал там цветы и свечи, но никому об этом не сказал.
Неизвестная «могила…» Сколько их было и сколько их еще есть в Литве…

В 1950 г. меня выследили и арестовали. Заперли в Каунасскую следственную тюрьму и предъявили обвинение по статье 82 Уголовного кодекса — побег из ссылки. Следственные органы интересовало где скрывается мать, кто давал приют и поддерживал материально.
Ни на один из этих вопросов я не могла ответить, не выдав людей, которые мне помогали. Поэтому сразу сказала, что правду сказать не могу, врать не хочу. На добро и благородство так не отвечают. Что касается матери, то могу сказать, что умерла 5 мая 1950 г. Мне, конечно, не поверили. Требовали назвать фамилии врачей, на каком кладбище и под какой фамилией похоронена. И на эти вопросы я отказалась отвечать. Через пару дней следователь торжествуя меня «разоблачил»: проверены все бюро ЗАГС-ов Литвы и установлено, что в тот день женщина такого возраста в Литве не умерла. Факт смерти матери был отмечен как ложный. Ну и слава богу! Заметила, что они никогда не верят правде. А больше всего боялась, чтобы они не узнали, где мать похоронена, потому что в этом случае обязательно произвели бы эксгумацию.
Поскольку следствие ничуть не продвигалось, следователи постоянно менялись. На следствие водили почти каждую ночь, как только я начинала засыпать. А в шесть утра уже раздавался сигнал на подъем. Днем даже сидя нельзя было вздремнуть, тотчас наказывали. От постоянного недосыпания постоянно болела голова. Наконец, измучив меня и самих себя, следствие закончили на том, с чего начали.
Врачи, которые лечили мою мать, люди, которые давали нам приют не пострадали. Большинство из них еще живы, и живут в Каунасе и в Вильнюсе. Органы безопасности были уверены, что мать еще жива, и активно искали её до 1953 года.
* * *
Вскоре меня через Вильнюс и Москву привезли в Горьковскую область, на станцию Сухобезводную в Унжлаг, где я должна была отбыть срок наказания.
Лагерь удивил меня множеством прекрасных и светлых личностей. Казалось, Сталин заточил здесь разум, честь и совесть страны. Среди заключенных были ученые, конструкторы, артисты театра и кино, преподаватели, врачи, студенты и другие.
Мария Александровна Голизман-Желябовская, преподавательница французского языка в Московском университете (осужденная вместе с мужем — специалистом детской литературы, за хранение самиздата) после работы читала нам по памяти курс французской литературы.
* * *
В сентябре открылись ворота Якутской тюрьмы и меня выпустили «на свободу». Впервые шла без конвоя, было как-то непривычно. Начала работать. И вдруг снова неожиданный поворот судьбы: в июле 1954 г. меня вдруг вызвали в Якутское министерство внутренних дел и спросили, писала ли я когда-нибудь письмо Берии. Берия в то время был уже расстрелян.
Вспомнила, что год назад, следуя по этапу, на какой-то станции я попросила солдата-конвойного бросить письмо в почтовый ящик. В нем я просила Берию, тогдашнего министра госбезопасности, заменить мне место ссылки и разрешить жить в таком городе Сибири, где есть медицинский институт.
Можно только удивляться, как тщательно после ареста Берии была проверена вся его канцелярия, если нашлась даже эта моя бумажка.
«Ваша просьба была отклонена,— сказали мне в спецотделе, — а, мы разрешаем вам ехать учиться. Выбирайте город до Урала». Через час я вышла из. министерства уже с разрешением на руках.
В Омск прибыла, когда до вступительных экзаменов оставалось девять дней. В спецкомендатуре, куда я явилась, мне сказали, что на учет меня возьмут временно, и если я не пройду по конкурсу в институт, то меня отправят обратно в Якутию. Поскольку денег у меня не было, то в перспективе снова был этап.
В канун первого экзамена я пошла в театр. В то время в Омске гастролировал Свердловский театр оперы и балета.
Опера… Какое огромное влияние она на меня оказывала. Я полюбила её очень рано, а с 13 лет она заслонила все детские игры и развлечения. Редко пропускала спектакли. Театр… Незабываемые, прекраснейшие часы моего детства. Часы величайшей радости. Передо мной открылся впечатляющий, удивительный мир красоты и добра, он меня очаровал и позже стал духовной опорой на всю жизнь. Театр… Он зажигает в сердце человека факел, который уже никто не в силах погасить; можно делать что угодно: унижать, мучить, тыкать в грязь, а в сердце человека все равно звучит уже другая музыка, тебя не сделают его послушным инструментом.

Когда 14 июня 1941 г. нас везли в Сибирь и мне велели взять необходимые вещи, я заботливо сложила в два пакета все программы спектаклей и вышла из дому, твердо веря, что уношу с собой все самое дорогое и ценное.
В тот вечер шла «Травиата». Как много раз я видела ее в Литве. Но теперь, после стольких лет смертей и утрат все звучало с новым смыслом, необыкновенно потрясло. Поднялось все, о чем старалась не думать, забыть, чтобы можно было жить. И я плакала. Но вместе с тем обрела новые силы и готовилась к экзаменам, как к штурму.
Хотя я сдала их на пятерки, но знала, что мою судьбу решит мандатная комиссия, которая несомненно заинтересуется кое-какими моментами моей биографии, которые я скрыла.

Крест в вечномёрзлой земле — The Slump
__________________
Прежде, чем что-то сказать, убедитесь, что ваш язык подсоединен к мозгу

Если не хватает аргументов, начни придираться к орфографии.

Лучше говорить истину, которая причиняет боль и затем исцеляет, чем ложь, которая успокаивает и затем убивает...
umka вне форума   Ответить с цитированием
Непрочитано 26.05.2015, 23:59   #26
umka
Другого пути нет
 
Аватар для umka
 
Регистрация: 09.08.2009
Сообщений: 72,423
umka отключил(а) отображение уровня репутации
По умолчанию

Возвращение ГУЛАГа

26.05.2015




Иногда приходится слышать: ну да, путинский режим, конечно, нехороший. Но, мол, позвольте, какой же он необольшевицкий? Что в нем неосоветского? Вы, господа, шутки шутить изволите. Не изволите? Ну, значит, краски сгущаете, преувеличиваете…

Но господа сгущать не склонны, а товарищи – не склонны шутить. И вот очередная новость, это подтверждающая: гражданин Хинштейн, являющийся слегка скандальным депутатом от «Единой России», предложил внести в Уголовно-исправительный кодекс РФ поправки. Суть их сводится к тому, чтобы активнее и эффективнее использовать труд заключенных, находящихся в исправительно-трудовых колониях. Например, по мысли Хинштейна, зэки должны работать не только в предприятиях, размещенных на территории ИТК (как сейчас), но и за пределами колоний, в том числе, и в частных фирмах.

На практике это означает, что, ежели поправки примут, то можно будет создавать мастерские, заводы, а то и промышленные комплексы, которые будут обслуживаться рабочими из числа заключенных. Ну и, конечно, зэков можно будет отправлять на постройку дорог, домов и т.п.

Хинштейновский проект уже поддержала Федеральная служба исполнения наказаний Российской Федерации (ФСИН). А карманная путинская клоунесса Элла Памфилова («уполномоченный по правам человека») не только поддержала, но и выступила с рационализаторским предложением: «использовать осужденных для очистки лесов от сухостоя».

Зачем это требуется? Руководство ФСИН открытым текстом говорит, что подневольный труд им нужен «для финансовой оптимизации», то есть для зарабатывания денег. И тут у исполнителей наказаний и запутинского бизнес-сообщества обнаружилось полное взаимопонимание: «В целом, бизнес заинтересован в привлечении малооплачиваемой рабочей силы», — заявил член генсовета «Деловой России» Антон Степанов.


Разумеется, хинштейновский проект – это пока еще проект, и не факт, что его реализуют. Но то, что к делу уже подключилась ФСИН, свидетельствует о том, что идея эта рассматривается всерьез. А Хинштейна выпустили для того, чтобы – самое малое – проверить, как она отзовется в медийном пространстве.

В общем, об активном использовании подневольного труда речь идет очень всерьез.

По-другому и быть не могло.

* * *

Ни для кого не секрет, что экономика путинской РФ давно и крепко завязла в кризисе. А после того, как США и ЕС ввели санкции, кризис этот усугубился, и сам собой рассасываться явно не собирается.
Отчего такая беда приключилась? Говоря коротко, причина заключается в ресоветизации экономической системы – ликвидации рыночных отношений, когда вся российская экономика оказывается под прямым (госкомпании) или косвенным (сидящие на крючке у Путина олигархи и лояльные ему мафиозные структуры) контролем государства. И все это в сочетании с отвратительным менеджментом и запредельной коррупцией.

До поры до времени можно было выезжать на высоких ценах на нефть. Но внезапно выяснилось, что цены высокими будут не вечно. И что же делать при вышеописанной структуре экономики?

Можно, конечно, попытаться провести реформы, чтобы восстановить рыночную систему и ввести прочие буржуйские вещи. Проблема лишь в том, что подобные эксперименты чреваты для режима политическими неприятностями. А раз так, значит, нужно действовать по старой схеме: искать дешевые ресурсы, которые можно продавать задорого. Нефть и газ уже не спасают. Трудовые ресурсы?

Чтобы поднять производительность труда, нужны, опять же, системные реформы, а это для ВВП(Х) – харам. Какое же может быть решение?

А только одно: радикально снизить стоимость труда.
В более тучные годы роль дешевой рабочей силы выполняли гастарбайтеры. Но сейчас и гастарбайтеры стали дороги. А вот труд заключенных – это приблизительно рабский труд. Он дешев всегда и везде.

Что роднит проект Хинштейна и ГУЛАГ? Тут стоит вспомнить одного из отцов-основателей ГУЛАГа, Нафталия Ароновича Френкеля. Этот, с позволения сказать, человек прошел уникальный путь: попал на Соловки в качестве заключенного, и именно там сделал карьеру, став одним из руководителей ОГПУ-НКВД, награжденным аж тремя орденами Ленина.

Столь удивительный карьерный рост объясняется тем, что Френкель предложил принципиально новую концепцию ГУЛАГовской системы: советские концлагеря было предложено сделать не только карательными, но еще и экономически выгодными учреждениями.

И Френкелю, и его наследникам-сотоварищам удалось свой план реализовать. Концлагеря действительно стали одним из самых эффективных элементов советской экономики. Именно благодаря дармовому, или, прямо говоря, рабскому труду лагерников строились железные дороги и каналы, шоссе и аэродромы, стадионы и знаменитые сталинские высотки. ГУЛАГ не только уничтожал «контрреволюционеров», но и приносил стране Советов некислые финансово-экономические дивиденды.

Хинштейн и поддержавшие его ребята из ФСИНа действуют в точности по френкелевской схеме: они хотят исправительные учреждения сделать экономически выгодными. Что, в свою очередь, приведет к тем же результатам, что и 80 лет назад.

* * *

Может ли труд заключенных в современных условиях быть экономически эффективным? Очень даже может. И речь, кстати, не только о чернорабочих. Как и в сталинском ГУЛАГе, в новых «предприятиях» ФСИНа найдется место и людям интеллектуального труда.

Например, по такой схеме. Получил за какой-нибудь грех (скажем, за экстремизм) свои 4 года колонии классный специалист-айтишник. А дальше начальник колонии ему делает предложение: а давай ты в одной фирме будешь работать по специальности? Зарплата у тебя будет не 100 тысяч, как на воле, а 10 тысяч – но, все-таки, будет. Будешь жить в отдельной комнате. И через два с половиной года выйдешь по УДО.

Нет, ты, конечно, можешь отказаться. Но тогда никакого УДО тебе не будет. И вообще, сейчас сюда зайдут ребята из ОСН «Тайфун», и самое позднее через полчаса ты станешь инвалидом.

Откажется после этого гипотетический айтишник от предложенной работы? Не откажется. И его руководитель в частной фирме может быть уверен, что работать он будет хорошо. Потому что, если возникнут претензии, не нужно будет оного айтишника распекать не планерке и т.п. Достаточно будет позвонить начальнику колонии, и тот проведет такую воспитательную работу, что мало не покажется. И ко всему прочему, труд такого покладистого и высокопрофессионального специалиста будет стоить существенно дешевле, чем труд его вольного коллеги.


В общем, отличная бизнес-схема. Но тут возникает два нюанса.
Нюанс первый. Любой бизнес нуждается в стабильности. А это значит, что, если какое-то предприятие использует труд заключенных, то эти заключенные должны быть в наличии всегда. Иначе ведь работать невозможно – сегодня есть в колонии работники, а завтра – извините, кончились.

Нюанс второй: любой успешный бизнес нуждается в расширении. А стало быть, в увеличении количества работников. В данном случае – заключенных.

В общем, ФСИН и государство в целом оказываются кровно заинтересованными в том, чтобы за решетку людей попадало все больше и больше. Причем не лишь бы каких людей, а тех, чей труд стоит дорого. Иначе говоря – в большинстве своем лучших, а не худших, людей.

К этому еще стоит добавить, что Путин сейчас очень сильно боится «Майдана в Москве», и политические репрессии явно будет наращивать. Каков будет результат, полагаю, уже понятно.
И – да, это чисто гулаговская, френкелевская схема. Ведь печально знаменитые сталинские «лимиты» на репрессии диктовались, кроме всего прочего, еще и экономическими соображениями: СССР нуждался в регулярном пополнении огромной армии рабов. Если хинштейновская инициатива будет реализована, то неизбежно появятся и новые «лимиты» – на каждый регион и на каждый город.

Так что ГУЛАГ – это, к сожалению, не только наше трагическое прошлое. Он, увы, может стать и нашим будущим. Причем самым ближайшим. И именно это и называется необольшевизмом.

И если вы живете в РФ, то вам об этом стоит очень всерьез задуматься. Задуматься сейчас, пока вы еще сидите у себя дома перед компьютером. Потому, что, когда на вас наденут ватник с номерком, вручат кайло или тачку и отправят на великие стройки путинизма – думать будет уже поздно.

__________________
__________________
Прежде, чем что-то сказать, убедитесь, что ваш язык подсоединен к мозгу

Если не хватает аргументов, начни придираться к орфографии.

Лучше говорить истину, которая причиняет боль и затем исцеляет, чем ложь, которая успокаивает и затем убивает...
umka вне форума   Ответить с цитированием
Непрочитано 03.06.2015, 11:51   #27
umka
Другого пути нет
 
Аватар для umka
 
Регистрация: 09.08.2009
Сообщений: 72,423
umka отключил(а) отображение уровня репутации
По умолчанию

В Нижнетагильском театре драмы обнаружена замурованная в стену табличка, датированная 15 марта 1954



eska
«Эта надпись замурована 15 марта 1954 года не под гром оркестров и шум толпы, но она расскажет потомству, что этот театр построен не силами комсомольских бригад, как об этом будут утверждать летописи, а создан на крови и костях заключенных — рабов ХХ столетия. Привет! грядущему поколению, и пусть ваша жизнь и ваша эпоха не знает рабства и унижения человека человеком.




С приветом заключенные




И. Л. Кожин




Р. Г. Шарипов,




Ю. Н. Нигматулин.




15. III 1954 г.


В Нижнетагильском театре драмы во время ремонта обнаружена замурованная в стену табличка, датированная 15 марта 1954 года. Написавшие послание заключенные опровергают версию, что театр построили комсомольские бригады.

Как сообщила АПИ-Новости руководитель литературной части театра Ольга Черепова, на оцинковочной табличке высечен текст, адресованный будущему поколению, в котором говорится, что театр возводился не силами комсомольских бригад, а "рабами-заключенными". Послание подписано фамилиями Кожин, Шарипов, Нигматулин.
По словам Ольги Череповой, первый раз версия о том, что театр был построен силами заключенных, прозвучала, когда труппа театра находилась на гастролях в Израиле. Эмигрант Лев Либенштейн рассказал, что в 50-е годы он среди прочих специалистов контролировал ход стройки. Именно тогда Либенштейн сообщил, что зэки-строители замуровали в одной из колонн свои письма и сообщения для потомков.
На строительстве Нижнетагильского театра драмы (фото 1954-55 гг.)

На строительстве Нижнетагильского театра драмы (фото 1954-55 гг.)

На строительстве Нижнетагильского театра драмы (фото 1954-55 гг.)

__________________
Прежде, чем что-то сказать, убедитесь, что ваш язык подсоединен к мозгу

Если не хватает аргументов, начни придираться к орфографии.

Лучше говорить истину, которая причиняет боль и затем исцеляет, чем ложь, которая успокаивает и затем убивает...
umka вне форума   Ответить с цитированием
Непрочитано 09.07.2015, 23:38   #28
umka
Другого пути нет
 
Аватар для umka
 
Регистрация: 09.08.2009
Сообщений: 72,423
umka отключил(а) отображение уровня репутации
По умолчанию

ГУЛАГ. Новейшая история


В Перми по-новому взглянули на жизнь политзэков ГУЛАГа – в свободное от работы время они отлично питались, пели и плясали




Бывшая заключенная на выставке в музее "Пермь-36"








Михаил Данилович
Опубликовано 09.07.2015 14:22


В деревне Кучино, где с середины сороковых годов по конец восьмидесятых была политзона "Пермь-36", открылась выставка "Переломаны буреломами". Тогда политические заключенные занимались здесь лесозаготовками, поэтому тема экспозиции оказалась весьма неожиданной – работа советской лесной промышленности во время Великой Отечественной войны. Историки и правозащитники сетуют: нынешние хозяева музея в бывшем лагере ГУЛАГа фактически переписывают его историю, утверждая, что политзэки жили в заключении весьма неплохо и изо всех сил помогали своей советской родине.
Полтора года назад контроль над музеем в бывшем лагере перешел от некоммерческой организации "Пермь-36" к министерству культуры Пермского края, а потому посетителям теперь предлагают смотреть на политические репрессии с "государственной" точки зрения. "Надо еще разобраться, кто и как именно здесь сидел", – такой была общая тональность речей, произнесенных перед членами Ассоциации жертв политических репрессий краевого общества "Мемориал", которых пригласили на открытие экспозиции.
Заключенный-лесоруб

x

Заключенный-лесоруб


​– Что меня удивляет, и чего я не вижу ни в печати, ни в журналистике – это как жили заключенные, – говорил учившийся в свое время в Высшей партийной школе КПСС местный историк Михаил Суслов. – Они ведь выступали с концертами, ставили спектакли. За годы войны более ста тысяч спектаклей было поставлено в местах заключения. Работали библиотеки – то есть культурная жизнь в лагерях была, а сегодня нам представляют картину несколько иной. Я полагаю, что нам, историкам, надо еще поработать, чтобы была взвешенная, объективная картина того, что происходило.
Суслов также говорит, что нормы питания осужденных в некоторых случаях были выше, чем у свободных рабочих. Еще один вопрос, в котором этот историк хочет разобраться, – почему в войну лесная промышленность наконец-то стала справляться с государственным планом.
Потому что "за его выполнение боролись все", ответил Суслову министр культуры Пермского края Игорь Гладнев:
– В периоды великих изломов, в периоды великих перепутий страны и судеб народа никто не оставался в стороне. И именно это является самым главным фактором, благодаря которому мы одержали главную победу в истории человечества. Сегодня мы испытываем дефицит веры, дефицит единства. И это не красивые слова – они должны облекаться в какую-то практическую форму. Поэтому – слава героям, слава тем, кто старался, кто отдал свои жизни во имя великой большой Победы и сохранения нашей страны.
– Зона справилась с планом лишь однажды – в 1947 году,– уточняет отстраненный от руководства музеем его основатель Виктор Шмыров, которого на открытие выставки не позвали. – План был выполнен лишь потому, что в 1947 году в лагерь поступила новая техника и прислали заключенных из других мест. Что касается норм питания, то, по архивным данным, в 1943 году в исправительно-трудовой колонии, на месте которой после войны появилась "Пермь-36", было 394 заключенных. Из них в первые полгода умер 41 человек. Всего за год умерло более 20 процентов осужденных. Разве это говорит о хорошем питании?
Всерьез рассуждать о художественной самодеятельности в ГУЛАГе тоже не стоит, уверен основатель музея. По его сведениям, сто тысяч концертов в год, о которых говорил Суслов, – это надо разложить на огромное количество лагерей и осужденных в стране: "А те "культурные" программы, которые были, – это выступления насильственно созданных агитбригад. Об этом говорят архивные документы.
– Такие историки, как Суслов, оправдывают ГУЛАГ – одно из самых страшных преступлений в мире. И это чудовищно. В этом можно очень далеко зайти. Что говорить – портреты Сталина уже появляются на улицах города, – подытожил Виктор Шмыров.
С ним не согласен выступивший на открытии выставки в музее "Пермь-36" ветеран труда Михаил Плеханов, который заявил, что "условия жизни осужденных были приемлемыми". Кроме того, по его мнению, "государство имело право использовать заключенных в производстве":
– Об этой необычной экспозиции я могу сказать только одно: лес – это такое достояние нашей Родины, которое ценилось особенно в войну. Во-первых, для оборонки: делали траншеи, блиндажи. Второе – для восстановления. Мне было очень интересно посетить это место, посмотреть, как жили люди, которые давали нам древесину…

"Утепленные палатки", в которых жили заключенные Понышского ИТЛ
Видимо, Михаил Плеханов не читал исследование историка Виталия Мингалева о соседнем Понышском исправительно-трудовом лагере, где описываются "приемлемые условия жизни заключенных":
"На 1 июля 1943 года лагерь имел 6729 заключенных. Из них 3487 человек со сроком выше 5 лет. На "Створе" была невероятная скученность – до 0,6 квадратных метра на человека при норме в 2 квадратных метра. Нары из круглых неотесанных жердей, постельных принадлежностей – 8-10 процентов. В результате количество больных: июнь – 195 человек, август – 1192. Смертность: июнь – 42, июль – 139, 25 дней августа – 321. Диагноз – в основном истощение. Смертность в 1944 году: июль – 139, август – 309, сентябрь – 276".
– Песня Розенбаума "Переломаны буреломами" идеально ложится под концепцию нашей выставки, – считает заведующая экспозиционно-фондовым отделом Елена Мамаева. – Он поет о лесосплаве, баланде, телогрейках – как раз об этой атмосфере. Переломаны не только буреломами, но и войной. Переломаны и заключенные, и спецпереселенцы, и вольнонаемные. Могу рассказать личную историю. У меня прабабушка была из категории спецпереселенцев. В сороковые-пятидесятые годы, когда у нее на плечах были двое маленьких детей (муж ушел на фронт), она совершила кражу. Вынесла зерно в сапогах. Ее осудили на десять лет, которые она отбывала на лесоповале. Мы сами, когда монтировали выставку и таскали бревна, почувствовали, как это тяжело, – продолжает Елена, и тут же пытается смягчить рассказ. – Но важно, что леспромхозы нанимали рабочих не только среди вольного населения, а могли подписать соглашение с исправительно-трудовым лагерем: нанять заключенных. Платить должны были и тем, и другим. Поэтому говорить, что это был рабский труд, – необоснованно. При этом тяжесть труда – и там, и там, конечно, не компенсируется, но это, – неожиданно завершила она, – вклад нашего края в Победу.
Елена Мамаева, видимо, не читала докладную записку начальника оперативно-чекистского отдела Понышлага, написанную весной 1944 года:
"Почти наполовину постельные принадлежности ничем не набиты, и заключенные вынуждены спать почти на голых нарах, такие заключенные, как Бочкарев, Метдурог, Семенов почти всю зиму спят на голых нарах прямо в бушлатах, не раздеваясь. Обувь у примерно 50 процентов заключенных износилась до предела, некоторые совсем раздеты и разуты. 2 марта с.г. по разутости не вышло на работу 11 чел., 6 марта с.г. – 20 чел. и т.д. Начальник лагерного отделения Голубев, не считаясь с теми заключенными, которые разуты и раздеты, направляет их на работы. И при вынужденном их отказе водворяет таких заключенных в штрафизолятор".
Экскурсовод на выставке интересно рассказывает о тех, кто здесь сидел. Она начинает с уголовников, далее переходит к "диссидентам, тем, кто занимался антисоветской деятельностью". Что такое антисоветская деятельность, ведущая поясняет только после моего вопроса, и то скупо, но все же рассказывает, что здесь сидел Балис Гаяскаус за то, что перевел на литовский язык книгу Александра Солженицына "Архипелаг ГУЛАГ".

Участники Ассоциации жертв политических репрессий в музее
Мы выходим из мрака и холода выставки на свежий воздух. "Весь упор делается не на политических заключенных, а на уголовников и тех, кто во время войны занимался диверсионной деятельностью, – сетует одна из женщин. – Я только услышала, что уголовники могли сделать себе антисоветские наколки, – тогда они становились политическими, которым вроде как было здесь попроще".
Когда мы еще ехали в Кучино на автобусе, историк Михаил Суслов поделился воспоминаниями. В восьмидесятых годах он приезжал в эту зону выступать с лекцией, и у него завязался спор с одним из заключенных – марксистом. Тот сказал, что попал сюда из-за борьбы с местным руководителем. В пылу борьбы он приехал в Москву, созвал иностранных журналистов и рассказал им о своем оппоненте. То есть – "оклеветал советскую власть". За это и сел. Справедливо с ним поступили или нет, Михаил Суслов сказать затруднился, но считает, что любая система себя защищает. А ошибки, по его мнению, есть и в США.
Его коллега добавил, что "прежние хозяева устроили в музее антисоветский шабаш". Несколько лет назад на фестивале "Пилорама" они сожгли два стога сена. Над одним из них была надпись "ГУЛАГ", над другим – "СССР". Он не против сжигания "ГУЛАГа", но против сжигания "СССР", потому что "Россия – наследник Советского Союза", а Владимир Путин сказал о распаде Союза как о крупнейшей геополитической катастрофе".
У барака особого режима я разговорился с женщиной из Ассоциации жертв политрепрессий. "Мое мнение, что музей должен быть государственным, – сказала она. – Хочется думать, что в этом случае ему будет больше внимания. Но как получится на самом деле – посмотрим". И добавила: "Не знать о прошлом нельзя. История идет по кругу. Кто его знает, может, снова все повторится?"



http://www.svoboda.org/content/article/27116078.html
__________________
Прежде, чем что-то сказать, убедитесь, что ваш язык подсоединен к мозгу

Если не хватает аргументов, начни придираться к орфографии.

Лучше говорить истину, которая причиняет боль и затем исцеляет, чем ложь, которая успокаивает и затем убивает...
umka вне форума   Ответить с цитированием
Непрочитано 22.08.2015, 21:39   #29
umka
Другого пути нет
 
Аватар для umka
 
Регистрация: 09.08.2009
Сообщений: 72,423
umka отключил(а) отображение уровня репутации
По умолчанию

Только факты из истории России! Чтобы помнили


Осип Мандельштам фото с сайта trud.ru
Блоги 08:23, 4 июня 2015

Всеволоду Мейерхольду после всех изощрённых пыток, перед смертью - по-очереди сломали все пальцы. А потом утопили в нечистотах (версия его смерти после вскрытия архивов).

Для отчётности написали, как положено: расстрелян, похоронен в общей могиле. Мейерхольд НЕ подписал бумагу о троцкистском заговоре, в котором якобы участвовали Эренбург, Леонов, Пастернак, Катаев, Эйзенштейн, Шостакович и многие другие - и их не тронули. После пыток он подписал бумагу только на СЕБЯ, чем страшно разозлил НКВД-шников.



Бабеля не расстреляли, как это принято считать, в сороковом году. Он шёл по этапу и, обессилев, упал. И его просто оставили умирать на дороге. Написано, что его похоронили в общей могиле – но вряд ли кто-то вернулся за ним, мёртвым, чтобы донести его тело до общей могилы. Великий писатель умер в сугробе, в лесу – да, в сороковом году.

Место смерти Осипа Мандельштама – лагерный пункт Вторая речка. Так называемые «зимние трупы» складывали штабелями, а весной хоронили в братских могилах. В одной из таких безымянных могил покоится и великий русский поэт.
Михоэлса по личному распоряжению Сталина убили на даче. А потом выкинули на дорогу, чтобы озвучить версию «Был сбит машиной». Правда открылась только после расследования этого дела в 53 году.

Даниил Хармс умер от голода в отделении психиатрии больницы тюрьмы «Кресты» в феврале 1942 года.

Россия, которую вы - 86% - расстреляли. И эти суки этим гордятся, таская портреты сталина и берии по улицам и площадям, вешая на дома памятные таблички и восстанавливавя им памятники. Дикая, дикая страна....

Алексей С. Железнов, grimnir74.livejournal.com
Миниатюры
Нажмите на изображение для увеличения
Название: 0_df660_782d9e79_orig.jpg
Просмотров: 134
Размер:	225.2 Кб
ID:	22580  
__________________
Прежде, чем что-то сказать, убедитесь, что ваш язык подсоединен к мозгу

Если не хватает аргументов, начни придираться к орфографии.

Лучше говорить истину, которая причиняет боль и затем исцеляет, чем ложь, которая успокаивает и затем убивает...
umka вне форума   Ответить с цитированием
Непрочитано 28.03.2016, 00:58   #30
umka
Другого пути нет
 
Аватар для umka
 
Регистрация: 09.08.2009
Сообщений: 72,423
umka отключил(а) отображение уровня репутации
По умолчанию

25 мая 1953 года в Норильске, в так называемом Горлаге, произошло самое крупное восстание в истории ГУЛАГа.
1953 г. — 67 889 количество заключеных лагеря
Горлаг занимает свое, особое место в истории ГУЛАГа, потому что именно там, в Горлаге, прохладным заполярным летом 1953-го произошло выступление заключенных, известное как Норильское восстание. Оно началось 25 мая после того, как сержант 78-го отдельного отряда Дятлов через зону открыл огонь из автомата по сидевшим на крыльце лагерного барака заключенным 5-го лаготделения, ранив 7 человек, один из которых скончался от полученных ран. 27 мая заключенные 5-го лаготделения отказались выходить на работу.
Дольше всех держалось 3-е (каторжное) лаготделение. В ночь на 4 августа оно было взято штурмом. В зону на автомашинах ворвались автоматчики и открыли огонь на поражение. 57 человек убито, 98 ранено. В штурме участвовали коммунисты и комсомольцы г. Норильска. При задержании жестоко избивали всех, даже раненых. В ночь на 4 августа 1953 года Норильское восстание было подавлено. Начались аресты, избиения, допросы, новые сроки.
__________________
Прежде, чем что-то сказать, убедитесь, что ваш язык подсоединен к мозгу

Если не хватает аргументов, начни придираться к орфографии.

Лучше говорить истину, которая причиняет боль и затем исцеляет, чем ложь, которая успокаивает и затем убивает...
umka вне форума   Ответить с цитированием
Ответ

Метки
гулаг, орудие пыток, пытки

Опции темы
Опции просмотра

Ваши права в разделе
Вы не можете создавать новые темы
Вы не можете отвечать в темах
Вы не можете прикреплять вложения
Вы не можете редактировать свои сообщения

BB коды Вкл.
Смайлы Вкл.
[IMG] код Вкл.
HTML код Выкл.

Быстрый переход


Часовой пояс GMT +3, время: 15:44.


Powered by vBulletin® Version 3.8.3
Copyright ©2000 - 2019, Jelsoft Enterprises Ltd. Перевод: zCarot